ВолгоградСб, 18 сентября 2021
Ваш город...
Россия
Центральный федеральный округ
Белгород
Брянск
Владимир
Воронеж
Иваново
Калуга
Кострома
Курск
Липецк
Москва
Московская область
Орел
Рязань
Смоленск
Тамбов
Тверь
Тула
Ярославль
Северо-Западный федеральный округ
Архангельск
Великий Новгород
Вологда
Калининград
Ленинградская область
Мурманск
Петрозаводск
Псков
Санкт-Петербург
Сыктывкар
Южный федеральный округ
Астрахань
Волгоград
Краснодар
Крым/Севастополь
Майкоп
Ростов-на-Дону
Элиста
Северо-Кавказский федеральный округ
Владикавказ
Грозный
Дагестан
Магас
Нальчик
Ставрополь
Черкесск
Приволжский федеральный округ
Ижевск
Йошкар-Ола
Казань
Киров
Нижний Новгород
Оренбург
Пенза
Пермь
Самара
Саранск
Саратов
Ульяновск
Уфа
Чебоксары
Уральский федеральный округ
Екатеринбург
Курган
Тюмень
Челябинск
Югра
ЯНАО
Сибирский федеральный округ
Абакан
Горно-Алтайск
Иркутск
Кемерово
Красноярск
Кызыл
Новосибирск
Омск
Томск
Дальневосточный федеральный округ
Анадырь
Благовещенск
Владивосток
Магадан
Петропавловск-Камчатский
Улан-Удэ
Хабаровск
Чита
Южно-Сахалинск
Якутск


#Интервью Читать 3 мин.

Ковид – не то заболевание, когда можно терпеть

Ковид – не то заболевание, когда можно терпеть
#Интервью

Героя материала

315 человек. Именно столько граждан на днях в Волгоградской области заразились коронавирусом за сутки, что стало антирекордом с начала пандемии. Режим самоизоляции в регионе объявили в марте прошлого года, и с того момента ограничительные меры то ослабляют, то ужесточают. Та же история с больницами – после очередного спада заболеваемости многие инфекционные госпитали «отмыли» и вернули к прежней работе, сейчас же их вновь возвращают в красную зону. Как изменился коронавирус за год, с чем ежедневно сталкиваются врачи, спасая больных от этого страшного заболевания? На эти и другие вопросы ответил анестезиолог-реаниматолог, который, будучи ординатором ВолГМУ, пошел работать в красную зону, - Дмитрий Ряднов.

Вместо пластической хирургии реаниматология

Дмитрий перед тем, как мы начнем обсуждать непосредственно коронавирус, давайте поговорим о Вас. Ваша специализация анестезиологреаниматолог. Почему именно эта область медицины?

Я из семьи ветеринаров, мои папа, мама, сестра – все как один лечат животных. Мне захотелось пойти дальше. Так сказать, стать взрослым врачом. Правда, параллельно я все же обучился на ветеринара, была такая возможность. Получилось так, что и ветеринар, и реаниматолог в одном флаконе.

Что интересно, с самого первого курса я хотел работать в принципиально иной области – пластической хирургии. Я тщательно изучал этот вопрос, много ассистировал на подобных операциях. До последнего думал, что буду развиваться именно в этом направлении.

Понимаете, врачи часто работают с пациентами, которых невозможно вылечить. Я говорю про тот же сахарный диабет, артериальную гипертензию и другие заболевания, остающиеся с человеком на всю жизнь. Да, медики могут помочь – подобрать терапию, купировать что-то, но, к сожалению, на этом все. Подобное тяжело принять, поэтому мне хотелось работать со здоровыми людьми. Пластическая хирургия, эстетическая хирургия лица – настоящее искусство в мире медицины. Может быть, даже когда-нибудь к этому вернусь…

Тут напрашивается вопрос. Когда же Вы так резко изменили свои планы?

— Во время практики я попал в детскую реанимацию. Это место не для всех, там тяжело работать. Дети не должны болеть, тем более умирать. Они – цветы жизни, которые не должны никогда увядать. В конечном счете, после работы в этом отделении мне нужно было определяться, куда поступать в ординатору. И я уже выбирал между двумя направлениями в разных вузах России –пластической хирургией и реаниматологией. В итоге остался в родном вузе, Волгоградском государственном медицинском университете, и погрузился в реаниматологию.

«Первое дежурство первая смерть»

Вы еще, будучи ординатором, пошли работать в красную зону, не страшно было?

— Поначалу конечно. Все наблюдали за тем, что творится в Китае. Это пугало. Но со временем страх отступал. Мы поняли, что коллегам надо помогать, так как одни и те же люди не могут работать сутками напролет. Тем более, люди нуждались в помощи, такое нельзя игнорировать. В вузе нас к работе хорошо подготовили, за что большое спасибо педагогам, и мы будто отправились на войну – в инфекционный госпиталь. Со временем алгоритм мы отработали и перестали бояться. Сначала было так непривычно надевать противочумные костюмы. Причем, одно дело – надеть, другое – снять, после посещения инфекционного отделения вирус-то остается на одежде. Нюансов масса.

Помните первое дежурство, как прошло?

— Скажу так, первое дежурство – первая смерть. К нам поступил мужчина, который злоупотреблял спиртными напитками. Состояние крайне тяжелое. Насколько я помню, он был без сознания. Смерть наступила прямо в приемном покое. Как бы нас в вузе ни готовили – к такому никто не подготовит.

При этом я помню первый отек легких, который удалось купировать. Да, было третье дежурство. Что такое отек легких? Неотложная ситуация, если не помочь, то человек умрет. В тот раз мы столкнулись с типичным случаем, будто прямо из учебника. Нужно быстро сообразить и принять меры, на все про все – порядка пяти минут. К счастью, человека удалось спасти.

Давайте еще про счастливые случаи. Вы сталкивались в буквальном смысле с чудесами, когда пациент, у которого почти не было шансов выкарабкаться, выздоравливал?

— Конечно. В самом начале лечилась у нас пациентка с тотальным поражением легких – более 90%. Ей около 70 лет, были хронические заболевания, среди которых сахарный диабет. Она долго лечилась дома, думала, что само пройдет, но не прошло. Буквально спустя несколько дней после госпитализации ее перевели в реанимацию. Сатурацию (насыщение крови кислородом прим.) пациентка почти не держала, поэтому пришлось использовать ИВЛ. Шансов почти не было. Никто не верил, что она справится с коронавирусом, но все надеялись. Женщина провела пять недель на ИВЛ, и потом мы ее успешно экстубировали. Пациентка вылечилась и спустя два месяца после выписки сделала КТ – легкие были чистые, поражение пропало. Она словно заново родилась.

Ковид и его непредсказуемость

Теперь давайте конкретнее про природу ковида. О нем говорят много и часто. Вы с ним столкнулись лицом к лицу, что удивило?

— Максимальная непредсказуемость. Все может резко измениться буквально за пару часов. Вот поступает к нам пациент. Видно, что человек болеет, но состояние не тяжелое. Проходит несколько часов, и ситуация резко ухудшается. Или другой пример. Привозит скорая помощь тяжелого пациента, реагировать нужно быстро. Приняли меры, все сделали. Проходит время, а человеку вопреки лечению становится только хуже. И такие резкие скачки происходят чуть ли не каждый день.

Еще одна его особенность – он «накатывает» волнами. Человек заболел, лечится, проходит какое-то время, и ему становится легче. Пациент думает: «Ну все, ковид отступает». И на следующий день этому же пациенту хуже. Все откатывается к изначальному состоянию, или ситуация даже становится серьезнее.

А как он менялся? Медицинское сообщество то и дело говорит про мутации…

— За год он стал иначе себя вести. Один из самых пугающих факторов – пациенты сильно помолодели. Раньше в группе риска в основном были люди старше 60 лет, они нередко попадали в реанимацию, коронавирус их не жалел, и некоторые пациенты не справлялись с ним. Сейчас возраст тех, кто находится в реанимации, — и 20, и 30 лет. То есть людей в возрастном диапазоне до 40 лет в госпиталях стало намного больше. Причем ранее считалось, что молодые пациенты — те, кто страдает хроническими заболеваниями. Сегодня ситуация иная. В палатах и реанимации получают лечение молодые пациенты, у которых не диагностировали сопутствующих хронических заболеваний. И это повод задуматься.

Сократился инкубационный период. Несколько месяцев назад он был около двух недель, теперь – 2-4 дня. Вирус стал быстрее. В медицине есть клиническая картина, то есть симптомы, и рентгенологическая картина – данные КТ и других исследований. В начале пандемии человек даже с большим поражением легких мог чувствовать себя хорошо, не подозревая, что творится в организме. Симптомы как бы опаздывали, не проявлялись вовремя. Сейчас все с точностью до наоборот. Человек может чувствовать себя максимально плохо, но при этом КТ будет чистое, но буквально пара дней – и ковид стремительно поражает легкие.

Намного быстрее развивается тяжелое состояние у пациентов, нередко тех, кого только-только привезла скорая помощь, приходилось сразу госпитализировать в реанимацию, так как им необходима серьезная кислородная поддержка.

От маски до ИВЛ

Кислородная поддержка. Насколько я знаю, в первые дни ИВЛ использовали даже на первых этапах лечения, но затем от этого метода отошли. Почему?

— Метод оказался прогностически неэффективным на столь ранних этапах. Часто, когда пациент стремительно терял сатурацию, его сразу переводили на ИВЛ. Удавалось достигать оптимальных значений, но это помогало не всегда, иногда после подключения пациента к искусственной вентиляции легких его состояние оставалось прежним, а с течением времени — ухудшалось. Почему? Трудно сказать, здесь имеет место множество факторов, в первую очередь — тяжесть состояния больного и характер поражения легких.

Сейчас у медиков имеется разработанная пошаговая стратегия кислородной поддержки. Если кратко, на первом этапе используется аппарат Боброва, идет подача кислорода через канюли или простую кислородную маску, чаще всего этого достаточно. Больной получает кислород в так называемой «прон-позиции» (лежа на животе), и легкие максимально раскрываются. Когда у пациента все же нарастает одышка, а сатурация ниже 92%, то переходят ко второму этапу — использование высокопоточной вентиляции или неинвазивной вентиляции легких. Это режимы с использованием аппарата ИВЛ, но вентиляция идёт с использованием плотной кислородной маски и специальных носовых канюль для высокопоточной вентиляции. Режимов несколько, самый сильный – когда человек дышит как бы под давлением, проще говоря, так кислород может лучше проникать в кровь через пораженные легкие. Этот этап доступен чаще всего в условиях палат интенсивной терапии и отделении реанимации. Как показал опыт — большинству пациентов в тяжелом состоянии этого хватает, если не тянули с обращением за помощью. Третий этап кислородной поддержки, когда предыдущие два не дают результата, — использование инвазивной вентиляции легких, как правило, в этом виде поддержки нуждаются пациенты в крайне тяжелом состоянии. Но есть и следующий этап, четвертый — экстракорпоральная мембранная оксигенация, кратко ЭКМО — так называемые «искусственные легкие». Этот этап доступен не везде в виду большой сложности его использования.

А что насчет подхода к самому лечению? Я говорю про препараты.

Сейчас мы работаем по 11-м временным клиническим рекомендациям, то есть их пересматривали 11 раз. Причем менялся даже этиотропный подход, подход к лечению, которое направлено непосредственно на возбудителя заболевания, так как у нас появились более эффективные противовирусные препараты. Сначала использовали противомалярийные лекарства, сейчас от них отошли, сейчас используем другие, причем на всех этапах лечения. Чем раньше пациенты начинают их принимать, тем быстрее приходит «отрицательный мазок», и само заболевание человек переносит проще.

«До сих пор есть те, кто не верит в существование ковида»

Я помню, когда новости про коронавирус стали только появляться, многие уверяли, что ковид вселенская выдумка. Как сейчас пациенты относятся к этому? Неверующие все еще есть?

— Да, есть люди, которые уверены, что коронавируса не существует. Даже после того, как они сталкиваются с ним, отказываются признавать очевидный факт. Здесь пугает другое. До сих пор пациенты из-за каких-то предрассудков пытаются перетерпеть все дома. Как это происходит? Коронавирус очень хитрый, он постоянно маскируется под другие заболевания – ОРЗ, грипп, простуду. Есть люди, которые постоянно этим болеют. В очередной раз при боли в горле они могут все списать на ангину или простуду, а спустя несколько дней, когда состояние будет тяжелое, их привозят в ковидное отделение.

Тогда, может, обратимся к нашим читателям…

— Не бойтесь обращаться за медицинской помощью. Врач в любом случае знает и видит больше. Как говорил Гиппократ, «диагноз можно поставить по походке человека».

Если вы чувствуете недомогание, сразу обращайтесь к врачу. Ковид – не то заболевание, когда можно терпеть. Крайне важно вовремя обратиться за медпомощью, чтобы в будущем от ковида было минимум последствий, и вы могли после перенесенного заболевания максимально быстро вернуться к привычной жизни.

Берегите себя и будьте здоровы!

«Мнение автора может не совпадать с мнением редакции». Особенно если это кликбейт. Вы можете написать жалобу.
Новости в России и мире - Информационный портал Sm.News